Нас сравнивают только потому, что у нас одна фамилия (журнал «ОК», №30 (449)). 23 июля 2015 © Дмитрий Колдун
-
В России хорошо знают белорусского певца ДМИТРИЯ КОЛДУНА, а то, что у него есть старший брат ГЕОРГИЙ, тоже артист, для многих окажется сюрпризом. В своем родном Минске Георгий входит в десятку самых известных телеведущих, а в Москве он задействован в мюзикле «Алые паруса», где играет Грэя. Кроме того, братья планируют создать «совместную творческую единицу».
Георгий: — Вообще я окончил Белорусский государственный университет, географический факультет, после чего несколько лет учился в аспирантуре. Я работал в компаниях, которые к музыке отношения не имели. Продавал вино в Витебске, например. Потом начал заниматься проведением различных корпоративных мероприятий, меня пригласили на телевидение вести пару программ... Сейчас меня знают в Белоруссии как телеведущего, потому что на протяжении семи лет каждую субботу выходит программа, которую я веду.
— Дмитрий, Георгий, кто из вас все-таки первым пробил дорогу в шоу-бизнес?
Георгий: — Наверное, ты имеешь в виду,кто первым начал заниматься музыкой? Ответ: я, потому что я старше Димы на восемь с половиной лет. А что касается достижений, то тут пальма первенства принадлежит Диме, потому что у него были определенные этапы в виде «Фабрики звезд» и «Народного артиста». Я вообще не очень люблю все эти соревнования.
Дмитрий: — Существует легенда, что Жора практически заставил меня играть на гитаре. Честно говоря, уже не помню, как это было. Может, и правда. Помню, он очень повлиял на мое желание учить аккорды на гитаре. Я всё время жаловался, что у меня пальцы болят. Но это к шоу-бизнесу отношения никакого не имеет.
Георгий: — Когда началась «Фабрика звезд» и всё остальное, я был уже постарше тех людей, которые ходили на кастинги. Им было по шестнадцать-восемнадцать лет, а мне — двадцать пять. И я без особых амбиций занимался своими делами в Минске, для меня музыка была хобби.
— Георгий, но если музыка была твоим хобби, то как тогда ты на жизнь зарабатывал?
— Теперь узнают и в России — после того, как ты получил роль в мюзикле «Алые паруса».
Георгий: — Это просто стечение обстоятельств. Когда-то меня пригласили на телевизионный кастинг на главную мужскую роль в мюзикле «Красавица и чудовище». Не знаю, каким образом на меня вышли. Видимо, артисты, принимавшие где-то участие, заносятся в некую базу и к ним потом обращаются. Вот мне поступило предложение из России — видимо, я подошел по типажу, по вокалу, по внешним характеристикам. Я не делал попыток хоть куда-то попасть в Москве.
— Дима, а тебе не доводилось работать в другой сфере? Читала, ты вообще собирался стать химиком, ученым.
Дмитрий: — Для меня музыка тоже всегда была хобби, как и у Жоры. У нас в семье никто не думал, что этим можно заниматься всерьез. Наша бабушка, глядя в телик, часто говорила про кого-то из артистов: «С такой рожей надо кирпичи таскать». (Дружно смеются.) Как-то не ценились у нас творческие профессии. Поэтому мы с Жорой занимались музыкой в свое удовольствие. Просто на четвертом курсе я попал на «Фабрику звезд» — и всё, закрутилось.
— А диплом-то в итоге ты получил?
Дмитрий: (Улыбается.) — Естественно, диплом у меня есть. Как же после «Фабрики звезд» без диплома? Факультету ничего не оставалось, как дать мне диплом.
— Как ты устраивался в Москве?
Дмитрий: — Снимал квартиру, как и все. Продюсерский центр платил нам небольшой гонорар — на случай, если работы не будет. Работы не было, поэтому жил на этот гонорар. Потом поехал на «Евровидение», и уже можно было где-то выступать. Консьержем в подъезд устраиваться мне не приходилось.
— Георгий, а ты не собираешься перебираться в Россию?
Георгий: — Никогда не планировал, мне и в Минске нравится. Есть определенные сдерживающие факторы — друзья, социум, в котором мне приятно находиться. Кроме того, есть огромное количество людей, уехавших в Москву, которые что-то значили в Минске, а тут потерялись среди тысяч ресторанных музыкантов. Но при этом их греет мысль «я сейчас в Москве». Мне нравится такой уровень отношений, когда начинается сотрудничество, а не когда человек пытается попасть в программу или мюзикл со словами «возьмите меня, пожалуйста, я буду очень стараться». Я вышел из того возраста, когда нужно что-то доказывать.
— Интересно, а между вами никогда не было соперничества?
Дмитрий: — Мне кажется, все всегда хотели, чтобы между нами была конкуренция, и все нам ее приписывали. Все чего-то наговаривали, писали...
Георгий: — Скорее у нас могут быть творческие разногласия. Это нормально, когда два человека не совпадают, несмотря на то, что у них один музыкальный и литературный бэкграунд. У нас — благодаря родителям, в особенности папе. Как интеллигентные люди мы обращаемся в сторону конструктивизма, а не деструкции. А успехи одного дают возможность другому чему-то у него научиться.
Дмитрий: — Бывает, журналисты спрашивают: «Ваш брат Георгий ведет программу, а вы не хотите?» Мне кажется, такие вопросы не совсем правильно задавать. Сравнивать нас в чем-то только потому, что у нас одна фамилия? Не думаю, что слесаря на заводе спрашивают: «Твой брат дворник, а ты не хочешь улицу подмести?» Каждый занимается тем, что ему интересно.
— При разнице в восемь лет вы вполне могли получить кардинально разное воспитание. Сами это ощущали?
Дмитрий: — Ну, Жоре еще посчастливилось пожить в семье, где есть мама и папа, которые живут вместе. Я этого времени почти не помню. Родители расстались, когда мне было шесть или семь лет.
Георгий: — Помню, я учился в старших классах школы. Зашли они в комнату и мне, как взрослому, говорят: «Жор, мы собираемся разводиться». Так получилось, что я остался с папой, а мама переехала в другое место. Дима жил то у мамы, то у папы.
Дмитрий: — Я вел кочевой образ жизни. Поэтому мое воспитание было достаточно необычным.
— Развод родителей не сказался на вашем отношении к идее семьи? Дима, знаю, женат.
Георгий: — Ну а я еще нет.
— Младший сделал это раньше.
Георгий: — Вот, опять сравнение.
— Извините, подсознательное.
Дмитрий: — А кто говорит, что кто-то должен раньше, кто-то позже? Все почему-то спрашивают. Мой взгляд понятен. (Улыбается.)
— Чем занимается твоя супруга?
Дмитрий: — Вика врач. Мы познакомились пятнадцать лет назад, до того, как я занялся музыкой. В Москву я приехал в 2006 году, получается, мы были знакомы пять лет до этого. Мне всегда нравилась идея длительных отношений, я никогда не заводил романов на один-два дня. Мне это просто неинтересно.
— Твои карьерные успехи как-то повлияли на семейную жизнь?
Дмитрий: — Так вышло, что успехи у меня в карьере появились задолго до семейной жизни. Поэтому вообще ничего не изменилось. Это странно даже. Только как папа я заезжий пока (у Дмитрия есть сын Ян, которому два с половиной года. — Прим.OK! ) . Но я исправляюсь.
— Дмитрий, Георгий, вам уже доводилось работать вместе?
Дмитрий: — Наше сотрудничество ограничилось двумя песнями и одним сомнительным видео, которое хочется выкупить из Интернета за большие деньги. (Смеется.)
Георгий: — Мы просто попробовали. Как сказал один мой знакомый, когда мы пересматривали наши старые записи университетского КВН: «Мне кажется, эти записи нам будут показывать в аду». Ты вроде бы видишь свой рост со стороны, и это должно радовать, а с другой стороны, выглядит это по прошествии семи лет просто страшно. (Улыбается.) Большая мука — смотреть на свои ранние творения. Но к этому надо относиться философски.
Дмитрий: — Мы задумались над созданием одной совместной творческой единицы. Пока сложно сказать, что это будет. Но точно нишевая, неформатная история. Идея родилась буквально несколько дней назад. Но все эти анонсы — гиблое дело.
— Даете ли вы друг другу профессиональную оценку?
Дмитрий: — У нас разные жанры, поэтому сложно оценивать по каким-то критериям. И наверное, это не совсем благодарное и разумное занятие.
Георгий: — Поэтому и возникла идея сделать что-то совместное. Хотя это просто для себя, без масштабных шоу. У меня в Белоруссии вышло два альбома, я сижу ковыряюсь с аранжировками, но не ношу свои песни на радиостанции и никогда не навязываю. У меня нет директоров, пресс-атташе. Если вдохновения нет — в волейбол поиграю, в конце концов. Делаю что нравится. Волейболом с детства увлекаюсь — папа подсадил. А Дима, например, ходит в бассейн, который я не люблю. Послезавтра я еду в оздоровительный детский лагерь. Уже лет десять езжу.
— В лагерь — кем?
Дмитрий: — Георгий очень молодо выглядит, в первый отряд взяли.
Георгий: — Я в школе когда-то преподавал экологию и географию. Так что еду отдохнуть и чему-то научить детей. Это то, из чего состоит жизнь помимо музыки.
Дмитрий: — Мы с Жорой в этом отличаемся. Он экстраверт, ему всегда нравились большие компании. Я бы не смог.
Георгий: — Какие большие компании? Если я провожу какой-то большой семинар, то потом два-три дня мне хочется просто посидеть в квартире.
Дмитрий: — Волейбол — тоже командная игра. У меня нет такого. Я предпочитаю минимальное количество людей, а то и вообще одиночество.
Георгий: — Я с этими людьми только играю.
Дмитрий: — Но они же есть вокруг!
Георгий: — Ты вот в студию приходишь и с музыкантами общаешься.
Дмитрий: — У меня выбора нет.
— Дима, то есть необходимость находиться среди людей приносит тебе страдания?
Дмитрий: — Нет, просто в свободное время я люблю побыть один. Если есть возможность, поеду в лес, покатаюсь на квадроцикле, пойду в тир пострелять. То есть туда, где мало людей. У меня нет задачи чем-то себя занять, всё как-то само собой находится. Мне не скучно. Да хоть на диване полежу. Я и не устаю особо, а если устаю, то только от того, что мало сплю.
— Из-за гастролей?
Дмитрий: (Смеется.) — Нет, из-за того, что мало сплю. Могу сказать, график у артистов не такой уж плотный. Бывают тяжелые дни, но в целом это миф. Некоторые спрашивают: «Вы, наверное, страшно устаете?» И все говорят: «Да, я так устал». А вы знаете, например, как Мэрилин Мэнсон устал? В каком масштабе? У меня нет никакого графика.
— А как тогда строится твоя работа?
Дмитрий: — Пришел, поработал. Это дело настроения, с плохим настроением никто в студию не заходит. Сейчас у меня есть расположение, и если сяду за инструмент, что-то получится. Заставлять себя не буду. А то заставишь, сядешь — и ничего не получилось. И ты чего-то приуныл. Песню можно сделать за день. Гастроли — прикладная часть, тоже хаотичная. Можно и не знать, что у тебя завтра выступление. Всё получается спонтанно. Поэтому планировать — дело неблагодарное.
— В таком случае возникает вопрос: что имеют в виду музыканты, которые говорят, что работали над альбомом «весь прошлый год»?
Дмитрий: — Вполне возможно, что они выпустили альбом через год после того, как решили его выпустить. А записали его за неделю. (Улыбается.)
Георгий: — Это всегда должно звучать как легенда. Создание альбома можно тянуть до бесконечности. Ты записал голос, тебе нравится, а саундпродюсер говорит: «Нет, я не чувствую, надо перепеть». В какой-то момент просто понимаешь, что надо подвести черту. Я бы, наверное, несколько аранжировок у Майкла Джексона подправил, но надо иметь уважение к творчеству человека. Он сделал — вот, принимайте или не принимайте.
— А деньги тогда откуда берутся? У Георгия более понятная работа: программу провел — деньги получил.
Дмитрий: — Ну как? Это богемное существование. (Улыбается.) В хорошие времена народ хочет веселиться. Когда наступают смутные, нестабильные времена, то артисты — первые, кто от этого страдает. Потому что это не предметы первой необходимости.
Георгий: — Надо иметь элементарную финансовую грамотность. Мне лично денег много не нужно. Я стараюсь просто больше зарабатывать, чем тратить. Работаю и как телеведущий, и просто как ведущий мероприятий. Свадьбы только не веду принципиально.
Дмитрий: — Даже отказался мою свадьбу вести.
Георгий: — Что? Врешь. Просто не люблю развлекать выпивающих людей. К тебе это не относится. Или на мероприятия как вокалист приезжаю. Это приносит деньги, которые затем вкладываются в музыку, и круг замыкается.
— Дима, а ты над чем сейчас работаешь?
Дмитрий: — Практически всё время провожу в студии, готовлю к выпуску четвертый альбом. Всё идет своим чередом. На осень готовим видео. В каком-то смысле я завидую Жоре, потому что участие в таких постановках, как «Алые паруса», дает возможность отвлечься, разрядиться. Тем более такой продукт, где хорошая музыка, дарит новые эмоции и силы. У меня же пока студийная работа и концерты. Я как-то играл в одной постановке — «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты » Рыбникова. Но это было печально. Потому что спектакль закрыли по финансовым соображениям.
— Чего бы еще тебе хотелось попробовать?
Дмитрий: — Возможно, хотел бы сняться в кино. Фантастическом. Может, сыграл бы даже не главного героя, а просто кого-то харизматичного. Но опять же, всё происходит само собой. Я понял, что в жизни гораздо большую роль играет случайность, нежели подготовка.
Георгий: — Но случайностям надо давать возможность случаться. Можно сидеть и ждать, когда прилетит волшебник в голубом вертолете, а можно самому формировать эти случайности.
Дмитрий: — Мы же говорим об интересах. Просто на данном этапе я не буду прилагать какие-то неимоверные усилия, чтобы попасть в кино. Есть множество примеров. Один знакомый поехал в Штаты, в Голливуд. Продал квартиру, машину, всё. Отучился полгода и вернулся назад. Потому что там таких столько! Со всего мира.
— Дима, смотрю на тебя, и мне кажется, что ты абсолютно расслабленный человек, и, если у тебя завтра альбом не запишется или роль не появится, ты даже не расстроишься.
Дмитрий: — Мне не нравится суетиться. Раньше, когда я работал с продюсерами, которые говорили мне, что я должен делать, получалась сплошная спешка. Потом я понял, что в принципе ничего не изменится, если спешить перестану. Я очень сложно договариваюсь с людьми, особенно с творческими. А еще сложнее — с творческими людьми, которые хотят доминировать и делать из тебя что-то, чего ты из себя не представляешь. От этого, думаю, все конфликты. Я решил, что, если конфликтные ситуации всё время повторяются, наверное, больше не нужно работать с продюсерами. Я решил попробовать сам. Теперь никто мне ничего не говорит. Тишина такая, всё хорошо.
Георгий: — Ощущение, что ты принадлежишь себе, дорогого стоит. Ты можешь сказать: «Я не настолько нуждаюсь в деньгах, чтобы браться за работу, которая мне не нравится». Может быть, в таком случае ты будешь не очень часто выходить на публику, но если выходишь, то понимаешь, что тебе есть что сказать. Ты можешь дать людям эмоции, энергию, которую они почувствуют. Я недавно наткнулся на хорошую книжку — «Эмоциональный интеллект». О возможностях построения правильной коммуникации с людьми в определенных ситуациях по-взрослому. Мы на эти грабли каждый день наступаем, а всё уже давно прописано в книжках.
Дмитрий: — Честно сказать, если бы мне предложили начать всё заново, я бы поступал так, как поступал. Потому что иначе невозможно было бы научиться каким-то вещам. Без ошибок не прожить на свете. И ошибки — не от бедности, но от щедрости души.
Текст: Александра Дрига. Фото: Михаил Королёв