Белорусский исполнитель Дмитрий Колдун давно уже колдует в Москве. Здесь, в спорткомплексе «Олимпийский», расположилась его собственная звукозаписывающая студия, в которой победитель «Фабрики звезд-6» и финалист «Евровидения» готовит свой второй сольный альбом.
- Дима, чем ты сейчас занимаешься?
- Записываю второй альбом. Он будет состоять в основном из балладных композиций и содержать элементы фольклора, в том числе белорусского. Конечно, там будут и танцевальные треки, но больше альбом получается лиричным. А 20 ноября я буду выступать в Минске на финале детского «Евровидения». Петь пацифистскую песню «Day Withoit War», то есть «День без войны». Ее написали два белорусских автора, правда, на английском языке.
- Песня про детей?
- Ну как? Поется там, в общем, не только про детей, в про всех людей, которые страдают от войны. Но будет исполняться она вместе с детским хором – всеми финалистами детского «Евровидения».
- Как в Белоруссии с музыкой сейчас?
- Понятия не имею. Я уже давно живу и работаю здесь. Знаю только, что по закону по белорусскому радио должно исполняться 75% белорусской музыки, что, конечно, очень расслабляет белорусских исполнителей, которые теперь могут писать песни «спустя рукава», зная, что их все равно поставят в эфир. А недавно кто-то даже предложил законодательно запретить российским артистам выступать на корпоративах белорусских компаний. В общем, как-то так там с музыкой.
- Но ты же все равно там выступаешь?
- Да, предложения поступают постоянно: то съемки, то мероприятия, то просто кассовые концерты. Вот, в конце прошлого года проехал с туром в поддержку своего сольного альбома, дал двенадцать кассовых концертов. И в этом году было много выступлений, немало еще планируется.
- Того, что зарабатываешь, хватает на жизнь или хочется еще больше?
- Могу, конечно, сказать, какой я творческий человек и как мне плевать на деньги. Но мне надо на что-то есть, снимать клипы, арендовать студию. И чтобы при этом что-то еще оставалось. Нынешних заработков хватает и на жизнь, и на творчество, но это не значит, что не хочется больших и лучших возможностей. В России, увы, на дисках не заработаешь. Поэтом в основном только концерты или корпоративы приносят доход.
- Дорого берешь?
- Смотря с кем сравнивать. Все зависит от характера мероприятия. Есть места, где можно выступить бесплатно, – те же благотворительные концерты, – или в три раза дешевле, чем на «заказниках». Всё всегда по-разному и зависит от нескольких составляющих.
- Какой клип готовишь сейчас?
- Веду переговоры с голландской оперной певицей по имени Жаклин. Они сами на меня вышли, предложили идею совместного трека. Возможно, как раз на него и снимем видео в ближайшем будущем. Но сначала надо песню записать.
- Прямо в этой студии?
- Возможно. Она частично принадлежит мне, частично Александру Асташенку. Вот здесь даже висит его фотография с крылышками. Помещение, конечно, мы арендуем, но все оборудование, что здесь есть, покупалось на наши деньги. Мне даже пришлось продать квартиру в Минске, чтобы все обустроить. Теперь здесь есть все, что нужно для записи альбомов. Кроме разве что арфы и фонтанов. Наша студия еще совсем молодая, но в ее «застенках» уже записаны и срежиссированы не один альбом и музыкальный проект. Чтобы поднять с нуля студию в Москве с ее бешеной конкуренцией, нужно приложить много усилий. Вот мы как раз на пути к этому. Здесь, как в творчестве, признание – дело времени. Успеха можно добиться только долгим и упорным трудом. Конечно, помимо работы отличных профессионалов здесь важен элемент везения, пиар...
- А сколько времени в твоей жизни занимает пиар?
- Если говорить о студии, то на данный момент практически нисколько. Если говорить о моем пиаре как артиста, то он в моей жизни занимает меньше времени, чем творчество. У меня немного другие приоритеты.
- Ну как же! Звезды постоянно что-то придумывают о себе, чтобы о них писали.
- Мне, если честно, по барабану подобные надуманные пиар-поводы. Я все доказываю своей работой. Тут каждый сам выбирает, как ему идти. Кто-то продвигается за счет голой груди, якобы случайно подсмотренной кем-то из-за угла, кто-то набирает популярность за счет каких-то скандальных фоток, хоум-видео...
- То есть у тебя домашнего видео нет?
- Конечно, есть. Я люблю снимать home video, регулярно этим занимаюсь. Но оно находится не в общем доступе.
- Все тайное однажды становится явным.
- Возможно, однажды, лет в шестьдесят, когда мне будет очень скучно, я его и опубликую.
Интервью: Николай Кручера.
Перепечатка из журнала «FHM» 12/10, рубрика «ФИЛЬТР».