За круглым столом собрались народный артист Беларуси Александр Тиханович, исполнители Гюнешь, Дима Колдун и Анастасия Тиханович, продюсер Ани Шаркуновой и Германа Владимир Кубышкин, композитор и продюсер группы «Топлесс» Максим Алейников, продюсер и режиссер Владимир Максимков, бывший исполнительный продюсер проекта «ЕвроФест» Дмитрий Баранов
Перед обсуждением мы предложили экспертам послушать песню «Far Away», с которой группа «3+2» -- три девушки и два парня из проекта «Новые голоса Беларуси» -- планирует представить нашу страну в Осло на «Евровидении-2010».
Дмитрий Колдун: -- А текст есть, чтобы почитать? Я ни одного слова, кроме «Far Away» (название песни, в переводе «Далеко». – Авт.) так и не понял. Интересно, о чем песня?
Владимир Максимков (улыбаясь): -- Достаточно и одного слова…
Гюнешь: -- А можно узнать, кто выбрал эту группу?. Кто член жюри?
«КП»: -- Выбирали представители белорусских телеканалов.
В. Максимков: -- На самом деле Европейский вещательный союз (ЕВС. – Авт.) не настаивает на отборочном туре. Телекомпания может как устраивать, так и не устраивать отборочного тура. Может выбирать год, а может сама решить за день. Нет никаких правил, и телекомпания не обязана ничего объяснять. Собрались и выбрали.
Д.Колдун: -- В России наоборот приходят к открытому отбору.
В.Максимков: -- Да, Дима ты прав. Большинство стран используют конкурс «Евровидение», как коммерческий проект. И внутри страны устраивают из этого большое шоу, на котором тоже зарабатывают.
Александр Тиханович: -- То, чем и занимался «ЕвроФест» -- устраивал шоу.
Максим Алейников: -- И сами выбирали. Кого хотели…
Александр Тиханович: -- Значит, еще раз хочу сказать по поводу, кто кого выбирал. Например, руководитель проекта и те, кто работал в «ЕвроФесте» никогда не были членами жюри. И не надо улыбаться.
М.Алейников: -- Я вас ни в чем не обвиняю...
«В прошлом году сделали громадную ошибку»
Александр Тиханович: -- В прошлом году сделали громадную ошибку. Я считаю, что всенародный выбор певца Елфимова привел к тому, к чему он привел. Вот этого делать нельзя было точно. Потому что когда выбирает профессиональное жюри, в этом хоть есть какая-то доля… А то взяли переделали под Елфимова условия контракта!
М.Алейников: -- С моей точки зрения все просто: кто бы ни выбирал, результата как не было, так и нет. Это говорит о том, что, видимо, успех на «Евровидении» зависит, во-первых, от песни, а во-вторых, от исполнителя, который должен максимально «дружить» с этой песней. Соответственно, специалисты, которые принимают решение, должны разбираться как минимум в песнях.
Дмитрий Баранов: -- Не согласен, что достойного результата не было. Один, к примеру, сидит среди нас (глядя на Дмитрия Колдуна. – Авт.)
М.Алейников: -- Что касается Колдуна, то им занималась не команда БТ или ОНТ. Поэтому этот результат мы вообще в сторону отложим…
Александр Тиханович: -- Ну почему нужно откладывать в сторону результат, который был? Вы хотите сказать, что это все делал Киркоров? Но результат же был.
М.Алейников: -- Согласен. Так, может, в этом году тоже отправить Киркорова или еще кого-нибудь? Я не говорю, что этим должен заниматься я, просто вся эта неразбериха напрягает.
«На «Евровидении» нужно учиться делать бизнес»
В.Максимков:
-- Основная проблема, на мой взгляд, в том, что нужно, чтобы страна поняла, что она от этого «Евровидения» хочет. И после этого начинать целенаправленно работать. Если страна хочет результат – используются одни методы. Например, нанимаются киркоровы и зарубежные команды. Но я считаю, что от «Евровидения» не нужно ждать результата. Потому что это коммерческий телевизионный конкурс. ЕВС на этом конкурсе зарабатывает колоссальные деньги. Получая эти деньги от стран-участниц конкурса. Не надо гнаться за результатом, надо учиться делать бизнес на телевизионном проекте.
Я не согласен с Максимом Алейниковым, что это конкурс песни. Мне кажется, что этот конкурс вообще далек от музыки. Это как Олимпийские игры. Они для чего нужны? В первую очередь для продвижения страны. А еще к Олимпийским играм можно прицепиться, чтобы развивать массовый спорт. Вот две задачи. И в «Евровидении» то же самое. Можно и страну продвигать, и внутри развивать некие структуры. Можно создать рейтинговую программу и заработать на ней денег. Главное, чтобы страна определилась: нужен результат или участие в процессе.
«КП»: -- До сих пор мы пытались работать на результат.
В.Максимков: -- В основном, да. И мне кажется, что это неправильно.
Анастасия Тиханович: -- Не могу согласиться, что мы работали только лишь на результат, потому что все те три года, которые существовал проект «ЕвроФест», задачей было не только попасть в финал. Никто не забывал, что это все-таки конкурс, непредсказуемое мероприятие. Одной из основных задач было поднять уровень страны. «Евровидение» -- это огромная инфраструктура, в которой задействовано около 43-х стран. Мне кажется, что после этого конкурса о Беларуси заговорили по-другому. И не надо говорить о том, то успех Димы Колдуна заслуга только Киркорова. На этот успех работала целая команда…
«Плохой артист может испортить самую хорошую песню»
Александр Тиханович.: -- Все то время, что мы занимались «Евровидением», можно сказать, что мы «строили дом». Прошлый год был исключением. Потому что прошлогодний конкурсант был невменяемым в том смысле, что с ним нельзя было договориться. Или мы договаривались, а потом он говорил «нет».
М.Алейников.: -- Вы говорите, что главный здесь телевизионный продюсер, который указывает исполнителю, где и как ему нужно прыгать.
Анастасия Тиханович: -- Но и спортсмену тренер говорит, что и когда делать. И тот выполняет то, что ему говорят, а не вертит носом: «То буду, это не буду!»
В.Максимков: -- Повторюсь, «Евровидение» -- это большой бизнес. И строится он на законах бизнеса. А не творчества. Делается большая рейтинговая программа, куда собираются взносы со всех стран. Все страны платят за свое участие в «Евровидении», за подготовку своих артистов. Поэтому в первую очередь этим проектом должен заняться менеджер.
Владимир Кубышкин:
-- Я настаиваю на том, что плохой артист может испортить самую хорошую песню. Выигрывает харизматичный артист и сильная личность. Поэтому выбирать сначала нужно артиста, и лишь потом песню для него. Понятно, что один человек ничего не сделает, а потому в помощь артисту нужна команда специалистов.
Кроме того мы смешиваем три разные вещи. Телешоу и конкурс – абсолютно разные вещи. Мы пытаемся соревноваться в конкурсе, но в телешоу существуют свои четкие правила. Мы подходим к этому, как к честному соревнованию. И для меня это просто смешно. Потому что это телешоу, где задействованы спонсоры, телевидение. А мы рвем сердце и душу, мучаем артистов. Кроме того, ко всему этому мы еще и лепим государственный интерес. Если так, то не надо подходить к этому, как к конкурсу. Если есть государственный интерес, то нужно отправить на «Евровидение» самого профессионального артиста. Как спортсмена на Олимпиаду. И пусть оба едут побеждать. Но есть еще и позиция артиста, для которого это шанс, розовая мечта уехать из страны за лучшей жизнью.
«Нужно не побеждать, а извлекать выгоду»
М.Алейников: -- Я считаю, что если так нужен результат, то государство должно было потратить деньги на организацию голосования за Беларусь в других странах.
В.Максимков: -- Это невозможно.
М. Алейников: -- Возможно.
Д. Баранов: -- Все предельно просто: если есть достойный артист, но нет песни – ничего не получится. Чтобы занять достойное место, песня тоже нужна.
В.Максимков: -- При чем тут место? Это чистый бизнес. Та же Патрисия Каас участвовала в «Евровидении», потому что сейчас она российская артистка, в том смысле, что ее пытаются раскрутить на российском рынке. Именно поэтому российский менеджмент организовал ее участие в этом конкурсе. Дабы повысить к ней интерес в первую очередь российского зрителя. Поэтому нужно поменять отношение к «Евровидению» и перестать ожесточенно выходить на сцену с лозунгами «Только победа!» Вспомните, как наши артисты выходят на сцену «Евровидения». Они выходят осатаневшие: «Но пасаран! Они не пройдут!» А вся Европа фигеет и думает: «Господи, что у них там творится в этой стране?»
«КП»: -- Но раз мы такие классные и знаем, что нужно делать, то почему не можем победить? Давайте победим, а потом изменим отношение к этому конкурсу.
В.Кубышкин: -- А зачем побеждать? Не надо. Канал ОНТ сейчас получает конкретную выгоду для себя. Они при помощи этого ресурса получают конкретный КПД: из никому неизвестных детей за три месяца получают бренд, который, возможно, после «Евровидения» можно будет продавать за деньги. Вложенные в них средства вряд ли вернутся в полном объеме, потому что на территории Беларуси любой музыкальный проект имеет низкую рентабельность. Но здесь хотя бы есть логика: неизвестный артист быстро становится известным и может уже брать деньги за билеты. А вот какой смысл известному артисту ехать на «Евровидение» и после этого возвращаться в Беларусь? Это холостой выстрел. Особенно учитывая те возможные негативные моменты, которые были у всех, кто возвращался, поджав хвосты и теряя те позиции, которые имели. Я вообще не понимаю, за что мы деремся...
«Давайте отдадим «Евровидение» Володе Матросову!»
М.Алейников: -- Гюнешь, наверное, понимает. Пятый раз дерется.
В.Кубышкин: -- Гюнешь – единственная исполнительница, которая сделала себе карьеру на «Евровидении», так ни разу туда и не попав. А зачем туда ехал Петя Елфимов? Надеялся, что его там увидят и сразу пригласят в Сан-Ремо? Или сразу дадут миллион долларов? Без предварительной договоренности на московскую историю – это все детский сад. Наивный и непрофессиональный подход.
В.Максимков: -- Вова, ты абсолютно прав, как музыкальный продюсер. И с точки зрения конкретных частных интересов. Гюнешь сделала себе на этом хороший промоушен. Если бы поехала Аня Шаркунова, и ты бы этим занимался, я убежден, что вы бы хорошо выступили, и ты бы уже пробивал московскую историю. Давайте отдадим это Володе!
В.Кубышкин: -- Давайте отдадим это Володе Матросову. Один Матросов у нас уже был (намекая на печальный опыт на «Евровидении» Владимира Максимкова, после чего тому пришлось уйти с руководящей должности из Белтелерадиокомпании. – Авт.)
В.Максимков: -- Я не занимался своими проектами, в отличие от тебя. Я на тот момент делал первое «Евровидение» в этой стране, я пробил это «Евровидение» и вышел на этот уровень. И мне обидно, что мы это не используем уже много лет. С точки зрения страны и телеканала. Я тебя, Володя, похвалил, как музыкального продюсера, но ты не понимаешь более важной задачи. Тогда я делал так, потому что думал, что это правильно. И я себе лично ничего не получил, кроме того, что ушел с этой должности. Тогда стояла задача принести бренд «Евровидение» в страну и на этом бренде сделать зонтичный бренд. Чтобы использовать последний для развития музыкальной и телевизионной структур.
Александр Тиханович: -- А «ЕвроФест» этого не делал?
В.Максимков: -- Так «ЕвроФест» оттуда же пошел. Поэтому, считаю, что есть два подхода: стратегический и государственный. Либо нужно использовать бренд «Евровидение», чтобы развивать свои суббренды, либо давайте отдадим его в частные руки, чтобы была хоть польза конкретным артистам.
«Почему я должен дарить кому-то песню?»
М.Алейников: -- Что касается правил игры… Мне очень много раз звонили с ОНТ и предлагали поучаствовать в «Музыкальном суде», написать песню. Я неоднократно отказывался по очень простой причине: я не вижу в этом случае для себя никакого результата. Начнем с того, что при организации этого конкурса никто не говорил, что выбираем песню для «Евровидения». Во-вторых, я спрашивал: «А кто поет?» «Вы сами можете выбрать любого человека, поучаствуйте!» Получается, что я напишу песню, дам ее кому-нибудь спеть, после этого она по каким-то причинам никуда не попадает и что мне потом с ней делать? Я не получу за нее ни копейки денег, я не смогу продать ее другому человеку, потому что какой-то исполнитель разочек спел ее по телевизору. То есть, получается, что вы предлагаете мне подарить кому-то песню? Зачем мне это надо? Вы обозначьте задачу и мой конкретный интерес. За песню для «Евровидения» мы заплатим тебе столько-то. Тогда я реально напрягусь, очень постараюсь и, соответственно, буду отвечать за результат. Меня бы даже устроило условие, по которому, если песня не попадает в 10-ку на «Евровидении», я ничего не получаю.
В.Максимков: -- Мы сбиваемся на обсуждение каждого личного интереса…
М.Алейников: -- Естественно. Это нормально.
В.Кубышкин: -- Я сейчас задам провокационный вопрос. Кто принимал решение отправить Елфимова на «Евровидение»?
Александр Тиханович: -- Народ.
В.Кубышкин: -- А кто выбирал Алехно?
Александр Тиханович: -- Жюри.
В.Кубышкин: -- А вот если бы в прошлом году отправили Гюнешь – это был бы самый органичный вариант из всех шести лет нашего участия в конкурсе.
Анастасия Тиханович: -- Мы полностью с вами согласны!
Александр Тиханович: -- Конечно!
В.Кубышкин: -- Сейчас бы уже всем раздали по медали, а Гюнешь, наверняка, дали бы звание народной.
М.Алейников: -- Как минимум заслуженной.
«В прошлом году было жалко смотреть на конкурсантку из Англии»
В.Кубышкин: -- Могу сказать, что во всем том, что сейчас творится с ОНТ, есть прогрессивный шаг. Потому что все эти народные выборы, которые были до сих пор, у меня, как у профессионала, вызывали улыбку. В этом году телеканал ОНТ, который является коммерческой структурой, инвестировал средства в этот странный мега-проект под названием «Новые голоса Беларуси». Вся страна видела большие шоу, многочисленные отборы. Соответственно, сегодня именно ОНТ несет коммерческие риски по поводу того, что мы сейчас наблюдаем. Они инвестировали деньги в отбор, платили деньги авторам. Кстати, я тоже отказался участвовать в песенном конкурсе. А сейчас они попытаются отбивать вложенные деньги. Конечно, это маловероятно. Но это их деньги, и поэтому это по-честному. Ведь на «Новые голоса Беларуси» потратили приличные деньги, теперь нужно отчитаться. Я, как патриот, хочу, чтобы они победили, потому что страна от этого выиграет. Но шансов, что победят мальчики и девочки, которые на сцене вызывают у меня лично какое-то умиление просто потому, что они очень хотят, но пока не умеют, очень мало. Риски, что они выступят неудачно по сравнению с тем, если бы послали профессионального артиста, 1 к 10.
В.Максимков: -- А что такое профессиональный артист?
В.Кубышкин: -- Это человек, который хотя бы пять лет находится на сцене, у которого есть опыт выступлений.
В.Максимков: -- Профессионализм измеряется количеством лет?
Д. Баранов: -- В прошлом году мы про это уже слышали (смеется).
В.Кубышкин: -- В прошлом году мне было жалко смотреть на конкурсантку из Англии. Она была очень красивая, ей написали классную песню. Но из-за того, что она молодая и неопытная, она очень неуверенно смотрелась на сцене.
Анастасия Тиханович: -- Это правда. Но с другой стороны, когда вышел такой же молодой представитель из Израиля, зал взорвался.
«Это конкурс художественной самодеятельности»
В.Максимков: -- Сколько за время существования «Евровидения» туда попадало профессиональных артистов? В основном это конкурс художественной самодеятельности.
В.Кубышкин: -- Это уровень хорватского шоу-бизнеса.
В.Максимков: -- Совершенно верно. В основном балканские исполнители там и побеждают. А мы приезжаем на конкурс самодеятельности со словами: «Мы профессионалы, мы там победим!» И никак не можем победить на конкурсе самодеятельности!
В.Кубышкин: -- Дима, а сколько шла твоя подготовка к «Евровидению»?
Д. Колдун: -- Песня была записана в декабре.
Анастасия Тиханович: -- Но это были полгода круглосуточной подготовки, когда спали по четыре часа в сутки.
В.Кубышкин: -- Плохо то, что сейчас осталось меньше трех месяцев. Сейчас нужно уже выбирать и начинать работать с артистом, который поедет на «Евровидение-2011». Готовиться нужно год. Хотя, я не удивлюсь, если все было известно заранее и наши конкурсанты готовились целый год.
«Мне предлагали поехать в этом году на «Евровидение» от России»
«КП»: -- Давайте вернемся к песне «Far Away», которая представит Беларусь на «Евровидении». Гюнешь, Дима, вопрос к вам: понравилась ли песня и, если бы вам предложили поехать на «Евровидение» именно с этой композицией, согласились бы?
Д.Колдун: -- Скажу, что мне в этом году уже предлагали ехать на «Евровидение» от России. Но песня, может, она и хитовая, мне показалась не совсем органичной. Что касается песни «Far Away», то, на мой взгляд, все это где-то уже было. Для примера скажу, что, когда мне Филипп показал демо-версию песни, с которой я впоследствии поехал на «Евровидение», мне она понравилась сразу. Это уже тогда было оригинально и необычно. А здесь прямой бит, эге-гей, все вперед. Ну, и кроме того, что касается исполнителей, на мой взгляд, их нужно поменять.
М.Алейников: -- Почему?
Д.Колдун: -- Мне кажется, что для такой музыки у этих исполнителей не хватает немного мощности.
«КП»: -- Энергетики?
Д.Колдун: -- Не то что энергетики… то, чего мне, наверное, немножко не хватало в песне Александра Рыбака. Мне не хватило немножко хрипотцы. А здесь я смотрю и… ничего нет.
М.Алейников: -- Нормальная стандартная песня.
Д.Колдун: -- Я не говорю, что она плохая.
В.Кубышкин: -- У меня уже полгода назад не было сомнений, что поедут именно они…
Гюнешь: -- Что ж ты мне не сказал? Я готовилась…
«Почему я не могу представить свою страну на «Евровидении»?»
В.Кубышкин: -- Гюнешь всегда идет против течения. Заметьте, что в нынешнем году профессиональные артисты почти не подавали заявки. Цинизм проел уже у многих веру в справедливость. Гюнешь одна из последних, кто не теряет надежду.
Гюнешь: -- На самом деле ребята очень слабенькие вокалисты. Черненький мальчик более-менее поющий. Хотелось бы услышать ребят живьем. Я, к примеру, могу ответить за свой вокал. Потому что я стояла на этой сцене. Когда репетировал Елфимов, я попросилась постоять. На самом деле там очень страшно. Но это конкурс и, если мы туда едем, мы должны побеждать. Пятый год я пытаюсь попасть на «Евровидение» и, благодаря «ЕвроФесту», в позапрошлом году, когда поехал Алехно, я поняла, что у Руслана действительно была более правильная песня. В прошлом году мы сделали костюмы и показали, что я могу выступать и в этом направлении. В этом году у меня правильная песня, и она была уже готова в сентябре.
Александр Тиханович: -- Я послушал, и мне песня понравилась.
Гюнешь: -- Уже готов номер, но, к сожалению…
В.Максимков: -- Гюнешь, ты одна из самых интересных артисток страны!
Гюнешь: -- Хорошо. А почему тогда я не могу представить свою страну на «Евровидении»?
М.Алейников: -- Потому что среди людей, которые принимают решение, есть другое мнение. А почему ты не пошла в «Новые голоса Беларуси»?
Гюнешь: -- Кстати, меня тоже приглашал телеканал ОНТ. Они услышали мою песню, звонили, хотели, чтобы мою песню исполнила какая-нибудь исполнительница. А потом, если песня прошла бы в финал «Музыкального суда», обещали меня пригласить и вернуть песню. Я отказалась, мне показалось это неинтересным.
«Ехать нужно дуэтом с Димой Колдуном!»
Александр Тиханович: -- Но на самом деле из того, что предлагал «Музыкальный суд» в итоге выбрали лучшее. Тем не менее, по зрительскому голосованию эта песня не победила. Вот в чем нонсенс. Что касается того, что они не говорили, что ищут песню для «Евровидения», так они и не могли об этом заявить, они не члены ЕВС.
«КП»:
-- Гюнешь, давай представим, что организаторы пересмотрят свое решение и предложат поехать на «Евровидение» тебе, но с песней «Far Away»…
Александр Тиханович: -- Поедет.
В.Максимков: -- А я предлагаю дуэтом с Димой Колдуном.
Гюнешь: -- Ну, я не знаю, мне кажется, что песня такая неяркая.
В. Максимков: -- Но ты-то ее украсишь. С твоим-то вокалом и внешними данными!
Гюнешь: -- Если надо – спою...
«КП»: -- Дима, возможно, у тебя, как у конкурсанта, который достиг наивысшего результата на «Евровидении», есть некий счастливый рецепт?
Д.Колдун: -- Рецептов у меня нет. Я выскажу свои бытовые наблюдения. Должна быть мотивация. Когда я после победы в «Фабрике звезд» остался, грубо говоря, ни с чем, и все пошло на спад, у меня появилась артистическая мотивация. Поехать на «Евровидение» и доказать всем, что я могу. В этом случае совпало еще и то, что была продюсерская финансовая мотивация Филиппа Киркорова. Он вкладывал деньги, которые впоследствии планировал вернуть в неоднократном количестве. Этого не случилось, но это было. Также была мотивация и у Белтелерадиокомпании, которая тоже вкладывала деньги. Совокупность всех этих стимулов вылилась в то, что мы работали на результат все вместе, одной большой сплоченной командой. Что касается истории с Елфимовым или Алехно, то в их случае отсутствовала либо одна из этих мотиваций, либо больше.
«КП»: -- Не хочешь последовать примеру Билана и поехать на «Евровидение», чтобы улучшить свой результат?
Д.Колдун: -- Я вот не пойму, Дима Билан, что один ездил на «Евровидение» несколько раз?
«КП»: -- Это наиболее яркий из последних примеров.
Д.Колдун: -- Если у меня будет песня, я подумаю об этом. И опять же -- нужна мотивация. Для меня песня – самое главное, здесь я соглашусь с Максимом Алейниковым.
М.Алейников: -- Мой телефон знаешь – звони.
Д.Колдун: -- Хорошо.
В народном голосовании победил «Ляпис Трубецкой»
Александр Тиханович: -- Что касается песни «Far Away», то песня нормальная, под нее можно сделать номер и с этим можно работать. В марте на встрече глав делегаций нужно будет заявить исполнителя и песню. А до этого времени еще все можно поменять.
«КП»: -- На сайте «Комсомолки» опубликовали опрос: «Кого бы вы отправили на «Евровидение-2010»?» Первое место читатели отдали группе «Ляпис Трубецкой», второе – Гюнешь.
Гюнешь: -- Опять второе!.. Я творческий человек и хочу поехать на «Евровидение» не для того, чтобы обязательно занять первое место. Если моя песня и я, Гюнешь, подходим для того, чтобы представить страну – я готова. Если нет – я буду дальше заниматься творчеством.
«КП»: -- До полуфинала в Осло осталось меньше трех месяцев. Какие важные шаги необходимо сделать?
Александр Тиханович: -- День и ночь заниматься вокалом, постановкой номера, имиджем, промоушеном.
В.Максимков: -- К сожалению, промоушеном уже поздно.
Анастасия Тиханович: -- Очень мало времени, потому что в марте на встрече глав делегаций нужно представить готовый музыкальный материал.
Александр Тиханович: -- Я знаю, что могут сказать: «Ой, необязательно то и это. Необязательно эти папки и календарики делать. Это никому не нужно…».
В.Кубышкин: -- Опять совковый подход, когда никто ни за что не отвечает. Кто руководитель? В прошлые годы я знал, что руководитель – Александр Тиханович. Кто сейчас руководит этим всем? Кто координатор? Может случиться так, что все будет существовать независимо друг от друга: номер, песня и то, что будет происходить на сцене. Осталось мало времени. Если бы меня сейчас спросили: «Что делать?» я бы ответил, что не знаю.
«Место на «Евровидении» нужно продавать»
Александр Тиханович: -- Нужно понимать, что их уже выбрали и в любом случае ребят нужно готовить.
В.Максимков: -- Предлагаю в этом году не участвовать, взять паузу и начать готовиться к следующему «Евровидению».
Александр Тиханович: -- Но для нас в этом году есть большой плюс. В том, что в этом году «Детское «Евровидение» будет в Беларуси. Политически в этом для нас очень большой плюс.
В.Максимков: -- Я циничный человек, простите. Но «Детское «Евровидение» нам отдали не по политическим моментам, а потому, что в мире кризис и сейчас это отдают странам, которые берутся за подготовку. Только поэтому.
В.Кубышкин: -- Сейчас в министерство культуры пришли новые прогрессивные люди, которые пытаются изменить подход. Думаю, что через пять-семь лет, может, даже раньше, нас ждут существенные изменения к лучшему… В России к «Евровидению» сегодня чисто коммерческий подход. В итоге ведь все равно выигрывает государство. Потому что коммерческие структуры инвестируют в проект деньги, имея желание получить в конечном итоге прибыль от конкретного медиаресурса.
Александр Тиханович: -- Могу сказать, что в России взяли все, что делал «ЕвроФест». И об этом мне говорило руководство Первого канала. Они увидели, что в Беларуси сделали шоу…
Д.Колдун: -- Потому что никто не изобретал велосипед.
В.Кубышкин: -- Считаю, что если кто-то хочет ехать на «Евровидение», он должен прийти к организаторам не только с идеями, но и с деньгами. Чтобы самому нести экономические риски. Как это делали Агурбаш и российские продюсеры Колдуна и Алехно. Если бы мне предложили такой вариант, то я бы наверняка тоже нашел денег под Аню Шаркунову.
В.Максимков: -- Так что это место надо продавать... Гюнешь, Бог с ним, с этим «Евровидением», давай на «Грэмми» замахнемся!
Гюнешь: -- А возьмем?
В.Максимков: -- Не сомневайся! И будешь первой белорусской артисткой обладательницей «Грэмми». Вот это я понимаю!
Татьяна ШАХНОВИЧ — 27.02.2010 15:20